Читайте также:

Однако сегодня все виделось по иному; сегодня старик в зимнем пальто, часто моргающий, с землистым лицом, обхвативший потными руками две килограмм..

Йен Бенкс (Banks Iain Menzies)   
«Шаги по стеклу»

ал он такое волнение памяти и столь тяжёлуюнеобходимость думать; это даже пугало его, он уже несколько раз оглядывалуглы комнаты, как бы ожидая увидеть в синеватом сумраке ве..

Максим Горький   
«Голубая жизнь»

     - Уррра!!!      - Занявший первое место провозглашается гением, шестое место - идиотом!..

Ерофеев Венедикт Васильевич   
«Записки психопата»

Смотрите также:

Д. П. Святополк - Мирский. Е. Замятин

Юрий Анненков. Евгений Замятин

О. Н. Михайлов. Гроссмейстер литературы

А. Воронский. Е. Замятин

Литературное творчество Е. И. Замятина

Все статьи


Идейный смысл романа Замятина «Мы»

«Общество будущего» и настоящее в романе Е. Замятина «Мы»

Свобода личности в творчестве Е. Замятина

Социальный прогноз в романе Е. Замятина «Мы»

Драматическая судьба личности в условиях тоталитарного общественного устройства (по роману Е. Замятина «Мы»)

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:




Ваши закладки:

Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.

«Русь»



Замятин Евгений Иванович

Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 7)



Также вы можете получить: полный текст книги, версию для печати




Тем временем:

... Его охватила бесконечная жалость ко всем заключенным внизу - во мгле, к людям его родины, также потонувшей в туманной дали, - бесконечная жалость, бесконечная тоска по слиянию с ними и с их судьбой.
     Откуда-то из тумана донеслись в это мартовское утро четыре удара церковного колокола и потом - словно сами себе возвещали они время - еще восемь, более звонких. И сам он ощутил себя словно вознесенным на колокольню, невыразимо одиноким, - мир расстилается перед ним, а за ним, погруженная в сумерки сна, покоится его жена.
     Всей душой захотелось ему разорвать эту мягкую завесу тумана, ощутить хоть какие-нибудь признаки пробуждения жизни. Когда он пристально всмотрелся вниз, ему показалось, что в сером тумане, там, где кончается деревня и дорога короткими извилинами поднимается в гору, что-то медленно движется, - не то человек, не то зверь. Это еле видное, маленькое существо приближалось, вселяя в него радость сознания, что еще кто-то бодрствует, и возбуждая любопытство, жгучее и болезненное. На перекрестке, там, где дороги расходились, одна - в соседнее селение, другая - сюда, наверх. появилась серая фигура. На мгновение она, как бы отдыхая, замедлила шаг. Потом неторопливо стала взбираться по тропинке на холм.
     Беспокойство овладело Фердинандом. "Кто этот чужой? - подумал он.- Какая сила выгнала его в это утро, как и меня, из тепла и сумрака комнаты? Не ко мне ли он, и что ему нужно от меня?" Теперь, вблизи, сквозь рассеявшийся туман, он узнал его: это был почтальон. Каждое утро, когда церковные часы били восемь, он взбирался сюда, наверх; Фердинанду знакомо было его неподвижное лицо с рыжей, слегка поседевшей, морского типа бородой, в синих очках. Его фамилия была Нуссбаум, Фердинанд же прозвал его "Щелкунчиком" за деревянность движений и важный вид, с которым он перебрасывал свой большой черный кожаный мешок на правую сторону, передавая с величественным видом письма. Фердинанд не мог удержаться от улыбки, глядя, как почтальон, тяжело ступая шаг за шагом, с мешком, переброшенным через левое плечо, старается придать своей мелкой походке значительный вид...

Цвейг Стефан (Zweig Stefan)   
«Принуждение»