Читайте также:

Петра стало так же опасно, как с императором или папой.А его противник Себастьян Кастеллио – одинокий идеалист, во имя свободы человеческой мысли объявивший войну этой и всякой иной духовной тирании, кто он?..

Цвейг Стефан (Zweig Stefan)   
«Совесть против насилия: Кастеллио против Кальвина»

Неожиданно из-за угла дома появился парень, и, увидев шедшего навстречу Паркера, замедлил шаг, и, глядя вперед, с нарочито безразличным видом прошел мимо...

Уэстлейк Дональд (Westlake Donald)   
«Ограбление»

     У Бонда было подводное ружье "чемпион" с двойными резиновыми тяжами ихорошо заточенным трезубцем на конце г..

Ян Флеминг (Ian Fleming)   
«Раритет Гильдебранда»

Смотрите также:

А. Воронский. Е. Замятин

Литературное творчество Е. И. Замятина

Д. П. Святополк - Мирский. Е. Замятин

Замятин Евгений Иванович. Автобиография

О. Н. Михайлов. Гроссмейстер литературы

Все статьи


«Общество будущего» и настоящее в романе Е. Замятина «Мы»

Проблематика романа Е. И. Замятина «Мы»

Творчество Е. И. Замятина

Драматическая судьба личности в условиях тоталитарного общественного устройства (по роману Е. Замятина «Мы»)

Антиутопия для античеловечества (По роману Е. И. Замятина «Мы»)

Все рефераты и сочинения


Поиск по библиотеке:




Ваши закладки:

Обратите внимание: для Вашего удобства на сайте функционирует уникальная система установки «закладок» в книгах. Все книги автоматически «запоминают» последнюю прочтённую Вами страницу, и при следующем посещении предлагают начать чтение именно с неё.

«Дракон»



Замятин Евгений Иванович

Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 1)



Также вы можете получить: полный текст книги, версию для печати




Тем временем:

... Человек, оседлавший забор, точно крылатого коня, был долговязым, угловатым юношей с темными волосами, с лицом умным и интеллигентным, но совсем не по английски бледным, даже бескровным. Бледность эту особенно подчеркивал красный галстук вызывающе яркого оттенка — единственная явно обдуманная деталь его костюма. Он не внял мольбе девушки и, рискуя переломать себе ноги, спрыгнул на землю с легкостью кузнечика. — По моему, судьбе угодно было, чтобы я стал вором и лазил в чужие дома и сады, — спокойно объявил он, очутившись рядом с нею. — И так бы, без сомнения, и случилось, не родись я в этом милом доме по соседству с вами. Впрочем, ничего дурного я в этом не вижу. — Как вы можете так говорить? — с укором воскликнула девушка. — Понимаете ли, если родился не по ту сторону забора, где тебе требуется, по моему, ты вправе через него перелезть. — Вот уж никогда не знаешь, что вы сейчас скажете или сделаете. — Я и сам частенько не знаю, — ответил мистер Крук. — Во всяком случае, сейчас я как раз по ту сторону забора, где мне и следует быть. — А по какую сторону забора вам следует быть? — с улыбкой спросила юная девица. — По ту, где вы, — ответил молодой человек. И они пошли назад по лавровой аллее. Вдруг трижды протрубил, приближаясь, автомобильный гудок: элегантный автомобиль светло зеленого цвета, словно птица, подлетел к подъезду и, весь трепеща, остановился. — Ого, — сказал молодой человек в красном галстуке, — вот уж кто родился с той стороны, где следует. Я не знал, мисс Адаме, что у вашей семьи столь новомодный Дед Мороз. — Это мой крестный отец, сэр Леопольд Фишер. Он всегда приезжает к нам на Рождество. И после невольной паузы, выдававшей недостаток воодушевления, Руби Адаме добавила: — Он очень добрый. Журналист Джон Крук был наслышан о крупном дельце из Сити, сэре Леопольде Фишере, и если крупный делец не был наслышан о Джоне Круке, то уж, во всяком случае, не по вине последнего, ибо тот неоднократно и весьма непримиримо отзывался о сэре Леопольде на страницах «Призыва» и «Нового века». Впрочем, сейчас мистер Крук не говорил ни слова и с мрачным видом наблюдал за разгрузкой автомобиля, — а это была длительная процедура...

Гилберт Кийт Честертон (Gilbert Keith Chesterton)   
«Летучие звезды»