Даже в одиноких зимних бдениях подле стада не расставался он с кифарою, но всегда носил ее за плечами и коротал с е..
Как и всегда в этих захолустных местах, мне пришлась все решать самому. Меня несколько смущало, должен сознаться, поручить охрану этого дома, каким ..
; руки, прикосновение их, первая достойная охотника кровь, которую Айк наконец был допущен пролить, - все это навсегда связало мальчика с Сэмом, и пусть ляжет в землю Сэм, как ложатся..
Смотрите также:
Д. П. Святополк - Мирский. Е. Замятин
Замятин Евгений Иванович. Автобиография
Литературное творчество Е. И. Замятина
О. Н. Михайлов. Гроссмейстер литературы
Юрий Анненков. Евгений Замятин
«Общество будущего» и настоящее в романе Е. Замятина «Мы»
Ирония в произведениях Е. И. Замятина
Роман-антиутопия Е. Замятина «Мы»
Антиутопия для античеловечества (По роману Е. И. Замятина «Мы»)
Вы читаете «Землемер», страница 1 (прочитано 0%)
«Алатырь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Бич божий», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ловец человеков», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«На куличках», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Островитяне», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Север», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Уездное», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Апрель», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Африка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Глаза», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Детская», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
1
В расчетах выходила неувязка, надо было проверить два-три угла.
Землемер пошел в поле - последний раз.
На парах - полын осыпался сухой, желтой пылью. Веял ветер, пел ветер
весь день - и душно было еще пуще от ветра. Еле тащил себя землемер на
чудных своих мушиных ножках, ботинки дамские - французские каблуки
спотыкались о колочь Угрюмо с вешками шли каликинские мужики, и только
Митрий, маляр, не замолкал ни на минуту все о том же, насчет управляющего
Лизаветы Петровны
- Вот она книжка, да-с,- размахивал Митрий записной книжкой.- И здесь
доклад: я это в городе все произошел, да-с. И совершенно очевидно, что
господин управляющий продал нам землю вульгарно и неправдоподобно. Не такое
нынче время, чтобы продавать, да-с...
У Митрия правый глаз от паралича прищурен, одна бровь выше, другая
ниже - все будто подмигивал, и никак не мог землемер привыкнуть.
На губах у землемера - полынная горечь. Оглядывал - последний раз -
желтые одонья хлеба, лиловые чаберные луга, ослепшую от зноя Мечь внизу - и
все складывал в заветную шкатулочку: увезти с собою в Москву. И вслух,
неожиданно для себя, спросил - должно быть, себя же:
- А Лизавета Петровна - как же?
Маляр Митрий поглядел хитро прищуренным глазом.
- Лизавета Петровна - что ж: никаких закононарушительных пороков за
нею не знаем. Прогуливает себя с белой собачкой, только и делов... да-с...
Кипенно-белого Лизаветы Петровны фокса землемер тоже запер в
шкатулочку и заковылял дальше. Гумном подходили уже к сыроварне. Тут
землемер по воскресеньям читал мужикам про молочное хозяйство и с Лизаветой
Петровной вместе, как будто так еще недавно, учил их есть сыр.
У сыроварни стали прощаться. Пожимал землемер шершавые, из сосновой
коры руки, схватывало горло - не с ними прощался,- слова спотыкались.
- Ну, с п-п-покупкой вас. Л-ли-лихом меня не помянете, худого ничего
не сделал?
Невнятно загалдели, все одинаковые - из сосновой коры, только бороды
разные: калачом, сосулькой, пасьмом льняным, козьим хвостиком.
Вытолкали вперед калача: круглая, рыже-румяная, как поджаренный
московский калач, борода
- ..Ишь вот ребята говорят, насчет мыла ты нас дюже обидел. Неладно
это - над людьми изгаляться
- Какого мыла?
- ...
Тем временем:
...
Я грубо потряс его:
-- Престон! -- кричал я. -- Ради Земли, ради Магды, ради всего, что тебе
дорого, скажи -- что случилось?
Глаза старика закатились. Рот судорожно подергивался. Он с трудом выговорил:
-- Зирн! Зирн потерян, потерян, потерян!
Его голова упала на грудь. Смерть разгладила лицо.
Зирн потерян! Мой мозг лихорадочно работал. Это означает, что Великий
Звездный Проход теперь открыт, негативные аккумуляторы не работают,
радиоуправляемые солдаты выведены из строя. Зирн -- та рана, через которую
могли утечь наши жизненные силы. Но, несомненно, должен же быть выход?
Президент Эдгарс покосился на небесного цвета телефон. Его предупреждали,
что пользоваться им не стоит, за исключением разве что самых непридвиденных
случаев, а, возможно, лучше и тогда обойтись без него. Уверен он, что
теперешняя ситуация это оправдывает?... Он снял трубку.
-- Приемная Рая. Мисс Офеклия слушает.
-- Это президент Эдгарс с Земли. Мне необходимо срочно поговорить с
Господом.
-- Бога нет на месте, и он нескоро будет. Могу я вам чем-нибудь помочь?
-- Видите ли, -- начал Эдвардс, -- у меня тут, похоже, дела в самом деле
обстоят крайне скверно. Полагаю, приходит конец всему.
-- Всему? -- переспросила мисс Офелия.
-- Ну, не в буквальном смысле всему. Но это означает гибель всех нас. И
Земли, и всего прочего. Если бы вы смогли обратить на это внимание Господа...
-- Поскольку Господь всеведущ, я уверена, он об этом знает.
-- Я тоже уверен, что знает. Но я подумал, что если бы мне удалось
переговорить с ним лично...
-- Боюсь, в данный момент это невозможно. Но вы можете передать записку.
Господь так добр и справедлив, что я уверена, он обдумает вашу проблему и
сделает то, что сочтет верным и благочестивым. Он великолепен, смею вам
сказать. Ах, как я люблю Господа!
-- Мы все его любим, -- безрадостно согласился президент Эдгарс.
-- Могу еще чем-то служить?
-- Нет. Да! Нельзя ли мне переговорить с мистером Джозефом Дж...